Проект #оперативное_религиоведение (aka #религиоведение_в_колготках)

Научно-журналистский спам-StartUp #оперативное_религиоведение ищет чем поживиться: информацию, комментарии, критику, персонажей, наконец, просто интеллектуально-материальные ресурсы:
Donation #христаради в сумму 66 или 666 рублей позволит пролить свет на #церковное_закулисье:

- КАК БЫВШИЙ ПОП-ЧЕКИСТ СТАЛ ИЗДАВАТЬ СИНОДИКИ ЗАМУЧЕННЫХ ЗА ВЕРУ, но только для того, чтобы поддержать книжный бизнес своего сына (тоже попа)
- для чего МОНАХИ ЛАВРЫ ИНТЕРЕСУЮТСЯ у каждого, пришедшего на исповедь, в каких ОН СЕГОДНЯ ТРУСАХ
- СКОЛЬКО СТОИТ ХРАМ ПОСТРОИТЬ и на что его потом содержать.

Многотомное собрание хэштегов: #вести_с_полей #социологическая_расчлененка #хроники_бродячего_религиоведения #советы_начинающего_социолога.

До окончательного выхода книги осталось 24 666 рублей.


Если что, то вот сюда:
Сбербанк 6762 8055 9004 502 442 (получатель: Елена Владимировна Р.)
Мобильный (МТС): +7-911-037-41-67 (она же)
Yandex-деньги 41001243145059
https://money.yandex.ru/to/41001243145059



https://echo.msk.ru/blog/elena_ryg/

https://t.me/ryygas

https://spbu.academia.edu/RyygasElena










https://money.yandex.ru/to/41001243145059</b></span>

отсюда: https://olga-ryygas.livejournal.com/10783.html?thread=5407#t5407

Вошь интеллигентная. Религиовед обиженный

Недавно закончившийся III конгресс Религиоведческого общества выявил общую для российского гуманитарного научного сообщества проблему - это преобладание женщин среди исчезающего количества мужчин, и при этом их полная несамостоятельность и несамодостаточность. Женщины в вузах или в каких-нибудь научных заведениях чаще всего берут на себя роль боевых подруг при гендерных единицах противоположного пола, на которых иногда смотришь и понимаешь, что боевые подруги - это единственное, чем они могут похвастаться в жизни, в том числе и в академической.
Когда смотришь фотографии с научных мероприятий, там очень мало интересных лиц. В кадре если кто не спит и не зевает, то обязательно сидит со сведенными от скуки мышцами лица. Такие фоторепортажи мало чем отличаются от портретных галерей на церковных сайтах, повествующих о епархиальном собрании. У людей вместо лиц постные блины.
Здесь речь идет в первую очередь не о соответствии эталонам красоты, а об отсутствии вдумчивости и сложности. Люди со сложными лицами (как у Шукшина, Высоцкого, Сокурова, Невзорова) - это само по себе событие. В науке таких лиц-событий, по идее, всегда должно быть больше, чем даже в кинематографе. И тем не менее гуманитаристика в России производит только боевых подруг и их карикатурных повелителей. Попробуй этому карикатурному повелителю что-нибудь такое сказануть, и он обижается, как девушка.
Это отсутствие самодостаточности что у ученых мужей, что у таких же ученых дам является расплатой за мелкий полет мысли, любовь к сплетням и тесным мелким компаниям, когда ученый совет в полном составе перемещается на прогулочный теплоход местной речки или в баню (вместе с боевыми подругами). Какое бы мероприятие не организовывали люди мелкого стиля (междуусобный семинар или международную конференцию), они постоянно обращаются друг к другу прилюдно на "ты". Приходишь послушать доклады и чувствуешь себя, как в бане.
Что меня удивляло все три дня конгресса Религиоведческого общества - это собрание людей разного возраста, воспитания, антропологического типа, но с одинаковыми хитрыми глазками. По этому многозначительному хитрому прищуру обычно опознают себя представители вузов мелкого стиля: ПИИ, ЕУ, РХГА, Православного Свято-Тихоновского университета, Смольного института при СПбГУ.
В свою очередь, эта мелковатость происходит от ложной ориентации только на один ресурс при конструировании входных цензов: православность, диплом Тартуского университета, гендер, православность и гендер, этничность, почитание Александра Меня. В итоге нет разнообразия, нет большого стиля, нет никакого развития. Есть только обмен хитрыми взглядами и игра в секретики ученых мужей со своими (или чужими) боевыми подругами.

Вошь интеллигентная. Религиовед смотрящий

Неделю назад в Петербурге проходил III конгресс Религиоведческого общества на территории университета Герцена.
Если описывать событие одним словом, то это будет серая и тоскливая безнадежная пошлость.
Особой информационной нагрузки это мероприятие не несло, что было видно по числу зрителей в партере, количество которых совпадало с численностью заявленных докладчиков. Можно было только отследить художественные детали, как убогость мысли совпадает с убогостью экстерьера.
Странные мужички с пафосом старинных КВНщиков из клуба "Одесских джентльменов", их боевые подруги, на которых страшно смотреть даже в их нынешнем молодом возрасте (про дальнейшее же лучше вообще не думать), докладчики в рясах, привыкшие звучным голосом производить впечатление на старушек и поэтому не особо задумывающиеся о содержании доклада.
Я побывала только на одной секции, но этого было достаточно, чтобы составить впечатление о конгрессе целиком.
Секция называлась "Сакральное и профанное: новые измерения". Доклад одной преподавательницы из ТомГУ, между прочим, профессора и заведующей кафедрой истории России и методики обучения истории и обществознанию назывался завлекательно: "Православный храм в пространстве современного города: особенности взаимодействия сакрального и профанного".
Доклад начинался с упоминания "этих, в Екатеринбурге, которые бунтуют против строительства храма", потом переходил к обзору концептов храма в древности, начиная с ветхозаветных времен, а заканчивался эмоциональным негодованием по поводу всех тех же самых, "которым, видите ли, не нужен храм, они хотят в парках гулять".
Часть доклада читалась по бумажке, а часть довольно косноязычно проговаривалась в жанре стенд'апа, из чего можно было сделать вывод, что исследованиями генезиса концепции храма занимался кто-то другой (например, усердный студент(-ка)).
Если кратко, храм, где бы он ни возник, освящает город, а жителям города всегда должны быть свойственны духовные потребности (а они, нехристи, все время требуют скверы вместо храмов). В городе лучше побольше храмов, а не торговых центров для извлечения прибыли. Даже у благочестивой публики в зале эти штампы вызывали сдавленный смех.
Смысл доклада прояснился только в вопросах, когда один молодой московский коллега прямо с ходу указал профессорше на ее предвзятое отношение к сторонникам концепции комфортной городской среды и заодно спросил ее, каково отношение докладчицы к этой самой концепции этого самого комфорта. От такой наглости профессорша чуть не задохнулась и дальше внятно говорить уже не могла. Она ответила просто: "А я вообще живу за городом, в частном доме".
Насколько можно было понять из перечня докладов, уровня организации, состава участников, конгресс просто-напросто демонстрировал достижения научного хозяйства с момента отбытия от набережной Шмидта Философского парохода.
Православнутые на всю голову профессорши, жеманные девки в широких робах, испуганные КВНщники усиленно передавали приветы чекистам из далекого 1922 год, что интеллектуальный геноцид прошел не зря. Набежавшие на расчищенное место люди - без воспитания, элементарных правил поведения в публичном пространстве, знания древних языков, но при этом называющие себя учеными - это теперь и есть цвет нации, пропахших ладаном и нафталином "Красная заря".

Вошь интеллигентная. Дайте жалобную книгу

В центре Петербурга в одном старинном здании одного не очень старинного университета проходит странное научное мероприятие, больше похожее на междусобойчик. Ни одного известного специалиста среди участников, никаких табличек и указателей, ноль программок с перечнем докладов.
Публика состоит из персонажей, взволнованных непривычной для них обстановкой: зеркалами, колоннами, широкими лестницами.
У столика с бейджиками стоит невыразимо всклокоченная особа, экзальтированная общением с непривычно большим количеством людей (участников). Когда я обралась к ней с вопросом, где будет проходить секция С1, она потрясенно посмотрела на меня, как будто я предлагаю ей за одну секунду доказать теорему Пуанкаре, собрала в одну кучку все мышцы лица, как обычно актрисы в детских театрах изображают бабу-ягу, и с драматичным многословием выдавила одну простую мысль, что секция будет проходить рядом.
Захожу в пустынный зал. В партере сбоку сидит румяная девушка, рядом с ней непричесанный паренек. Именно в этот момент паренек вдруг начинает перелезать через бархатные кресла, антисанитарно закидывая ноги. Ему просто понадобилось выйти. Оказалось, что девушка сидела с грудным детем, поэтому он галантно решил не тревожить свою даму.
Паренек же выскочил из зала только для того, чтобы возбуждено метаться возле стойки с бейджиками и у всех подряд спрашивать: "В какой секции будет о. Георгий?"
Люди с дешевыми эмоциями и дешевыми манерами составляли хороший фон для этих метаний.
Вопрос: как называется это мероприятие и какой тематике оно посвящено?

Уборщицы-волонтеры для Центра жертв режима

В обновленном списке церковных самостроев появились новые данные. Среди них примечателен один причтовый дом, который в церковной среде носит звание "Центра жертв режима". Как оказалось, он был возведен на захваченном куске территории руками молчаливых таджиков, которым все равно что и где строить.
Когда "Центр жертв режима" открывался, то батюшки призвали прихожан принять участие в кастинге на звание уборщиц-волонтеров, ибо, как они поясняли: "вы же понимаете, что жертвы режима - это святое", "любовь к ближнему и всетакое", "общее дело", "сами мы не местные-откуда у нас деньги на оплату труда уборщиц?"
Среди прихожанок добровольные уборщицы действительно нашлись. Одна - скучающая предпринимательница, другая - молодая девушка с инвалидностью, которая жила в зверской коммуналке со свирепыми соседями и отцом-инвалидом. У "Центра жертв режима" тут же появился сытый директор с хорошей зарплатой. А над девушкой-инвалидом тихонько хихикали сторожа, потому что, как все знают, люди с заболеваниями иногда не соответствуют высоким эстетическим идеалам христианства. И годятся только в бесплатные уборщицы.
Это все, что пока нужно знать о религиозном ренессансе в Петербурге.


http://kanoner.com/2015/11/13/147910/

Религиовед смотрящий

Проект «Народное религиоведение» готовит к изданию энциклопедию-справочник с описанием алгоритма, как можно пробить по базе любимого батюшку и выяснить, не связан ли он с криминалом и нет ли у него лишних свечных заводиков в самых неожиданных местах.
Присоединяйтесь: морально, духовно, наконец, материально.





Сбербанк 6762 8055 9004 502 442 (получатель: Елена Владимировна Р.)
Мобильный (МТС): +7-911-037-41-67 (она же)
Yandex-деньги 41001243145059
https://money.yandex.ru/to/41001243145059




https://echo.msk.ru/blog/elena_ryg/

https://t.me/ryygas

https://spbu.academia.edu/RyygasElena

Пить за здравие Мэри можно в любом храме, если это предварительно согласовано с батюшкой

В Скорбященском храме на Шпалерной ул. (Петербург) хор Горного института кроме высокодуховных произведений исполнил Даргомыжского ""Пью за здравие Мэри".
Видео не очень, поэтому фотографии программки.






Новые лики святости: Сонька Тамбовская

Неделю назад в сети были размещены ролики тринадцатилетней давности, где на праздновании дня рождения всепетербургского старосты Барсукова-Кумарина была засвечена практически вся церковная верхушка местной группировки РПЦ (https://kalakazo.livejournal.com/2769540.html): по-киношному благостный настоятель храма Дмитрий Солунского в Коломягах Ипполит Ковальский, нынешний секретарь Петербургской епархии, заодно настоятель Спаса-на-крови и «блокадного храма» на Малой Охте Сергей Куксевич и настоятельница Новодевичьего монастыря София Силина в свойственной ей роли «не виноватая я, он сам пришел».
Один из роликов начинается сценой молебна в Новодевичьем монастыре, где Ипполит Ковальский драматичным баритоном воссылает небесам многолетие в честь юбиляра, а потом наивно перечисляет его благодеяния: «Еще вечером на монастыре куполов не было, а рано утром они уже появились». В этих словах, по всей видимости, содержался тонкий намек на то, что если за дело берется ночной губернатор, то и купола на святых церквях он возводит в то время, пока бог и боголюбивые власти Петербурга спят.



Если учесть масштаб церковной благотворительности Кумарина, то религиозные власти должны были бы его давно канонизировать: это не только озолоченный Новодевичий монастырь, но и Троице-Сергиева пустынь в Стрельне, настоятелем которой является ближайший соратник игуменьи Софии архимандрит Николай Парамонов. Восстанавливаться из руин мужской монастырь стал синхронно с Новодевичьим монастырем, а монашествующая пара только и успевала делать ходки между двумя объектами, наблюдая за строительными работами. Не остался без благодеяний и храм в Коломягах, рядом с которым был при помощи самозахвата земли и самостроя был возведен двухэтажный дом причта (http://kanoner.com/2015/11/13/147910/). Список можно продолжить Константино-Еленинским монастырем и другими объектами приложения духовно-финансовых усилий. Впрочем, и вышеперечисленного достаточно для присуждения меценату хотя бы звания почетного великомученика. Видимо, для этой цели и предполагался визит патриарха Кирилла в Новодевичий монастырь для торжественного освящения 5 мая 2019 года. Но главсвященник неожиданно объявил антракт и отправился в оздоровительное заморское паломничество. Однако свято место в синодике новых чинов святости не бывает. Вместо исповедников, мучеников и равноапостольных просветителей необходимо вводить новые ранги, с учетом российской действительности.
Например, игуменья София Силина - как «монахиня на доверии», или «Сонька Тамбовская». Ее масть в церковной иерархии – это смотрящая за привозными святынями (Дарами Волхвов, Поясом Богородицы).
Митрополит Петербургский и Ладожский Варсонофий – «духовный форточник». Митрополиту Волоколамскому Илариону Алфееву кроме скучного «Академик» больше ничего и не придумать. У патриарха Кирилла как старшего в церковной масти за прозвищами не уследишь: любовь паствы к нему безгранична. В ближайшем будущем ожидается редкая для такой должности масть «Царскосельский затворник» (https://spbvedomosti.ru/news/gorod/smi_pod_peterburgom_postroyat_rezidentsiyu_dlya_patriarkha_kirilla/).
Чинам современной православной святости должна соответствовать какая-нибудь разметка, будь то татуировки, кольца или видимые признаки иерархического престижа. Хотя многие священники стремятся надевать на себя как можно больше медалей, тяготея тем самым к одному из силовых ведомств, где много погон и лампасов, но главным отличием каждого батюшки в современной духовной действительности пока остается головной убор (камилавка), очень похожий на наперсток (http://mitropolia.spb.ru/news/otdeli/?id=156487#ad-image-11).

https://echo.msk.ru/blog/elena_ryg/2430481-echo/?fbclid=IwAR1TjeI_5lza-AgSTk3_A_DOguN4Dn3qfAbzlkiVEeVaueNTYIK22LyuW78



https://t.me/ryygas

Храм как придаток к элитной недвижимости

В Петербурге была ситуация, схожая со Скверным храмом в Екатеринбурге, с точностью до наоборот.
Рядом с промзоной стоял полуразрушенный храм. Сын одного вороватого чиновника (и главного факелоносца) решил постоить на землях промзоны современные хрущевки, выдавая их за элитное жилье. Потребовалось благоустроить прилегающую территорию, поэтому было решено быстренько поднять из руин храм. За государственный счет. Сумму денег, выделенную на реставрацию, страшно произносить вслух. Ее астрономичность объясняется масштабностью попечительского совета, который включал в себя всех высших чиновников современного царства-государства.

Если обычно на ремонтах и реставрациях церквей разворовывается до 80% средств (пример колоннады Казанского собора), то здесь разворовано было, скорее всего, процентов 90% или 95%. Об этом говорит паутина трещин на стенах, возникшая всего два года спустя после сдачи объекта. И путаница в показаниях батюшек, которые в одном месте заявляют, что храм воссоздается на деньги от государства и спонсоров, в другом месте они на утварь и иконы собирают деньги с прихожан.
Но суть не в этом. Новенький храм сразу стал местом модной тусовки. Сюда даже ходит молодежь в капюшонах, которую клеймит блогер Д.Ольшанский. По количеству прихожан храм уступает только самому большому приходу в городе, Александро-Невской лавре. А платить при этом за электричество нечем. Хотя все углы и закоулки сдаются в аренду; там есть духовная йога, душевный спа-центр, автостоянка и вот-вот появится прачечная.
Время златоглавой гигантомании прошло. Тем более, у современной РПЦ нет никакого юридического преемства даже с Поместным собором 1918-го года. Любые стройки церквей под предлогом "восстановления исторической справедливости" - это обыкновенный рейдерский захват земли.